Пятиэтажные дворы

Обычный дворик. На четыре дома.
Домам лет тридцать – крошатся балконы.
Зелёная жилая зона.
Над ней летал воланчик бадминтона,
Всё норовя увязнуть в ветвях клёна.



Неровный столик с тысячей царапин.
Жильцы за ним. Вино разлито в пластик.
Вот урна замеревшей цаплей,
С окурками набитой пастью.

Ах, да: у цаплей клюв быть должен.
Но в клюв не влезет сотни две окурков.
И в цаплю всю всё это влезть не сможет:
Пакетики, шалушки, шкурки…

А мужики, которым всем за сорок,
С колодой карт, которой лет так десять:
У королей затёртые короны,
И с дам былая роскошь лезет.

У мужиков замызганные майки,
Как будто век застрял в дворах двадцатый.
Когда-то в нём они дружились в шайки…
Да и сейчас бузят молодцевато.

Кляня свои радикулиты,
Кляня ушедших демократов,
Чьи карты в думе давно биты…
Но всё равно ведь,- виноваты.

Компартию кляня, какая ныне…
Кляня, но тише, президента,
За недостатки новых линий…
И даже геев всех зачем-то.

Кляня расклады в своих картах,
Кляня удачливых, напротив.
Кляня ступающее завтра,
Хоть наступления не против…

А их самих клянут их жёны.
Когда с окна, когда и ближе.
Укорами вооружёны,
Бьют так, чтоб пояса пониже.


И хоть порой всё это громко,
Вот парадокс – а дворик тихий!
И детский смех здесь вроде звонкий,
Не тише и вне смеха крики.

Быть может потому всё это,
Что их здесь всех не так и много?
Детей и взрослых этим летом,
Вблизи подъездного порога.

В пятиэтажках меньше люда,
Да и семей с детьми уж мало.
Здесь стариковские причуды
Вершатся тихо и устало…


…


Забавна и архитектура,
Особенно площадок детских.
Тинейджер редок с гарнитурой…
Здесь дух союзовский, советский.

Вот запорожца ржавый остов,
А вот гараж, такой же ржавый…
Здесь как-то всё умильно просто.
И зелень – во всю ширь квартала.


Здесь есть деревья – выше крыши!
Дворам высоток так не повезло.
У верхних окон тут листва колышет,
И ветви тренькают в стекло.

Здесь можно певчих птиц увидеть,
В окно, с постели, по утру.
И долго слушать переливы,
Дивясь на кроны и кору.

Как будто парк лесной, иль роща
Там, за перекрЕщенною рамой…
На подоконник хлеб накрошишь,
И это вряд ли будет странным.

А вот в высотках, на шестнадцтом,
В стеклопакетах, нет кормушек,
Коробок нет прибитых к рамам…
И пусть условия там лучше.

Но вид, обзор, как будто с кручи:
Теснятся вдоль дорог объекты.
Машин мозаичная куча,
Соседних скал стеклопакеты.

А в небоскрёбах: смог и дали.
Посмотришь вниз – башку закружит.
И что мы в далях увидали?!
Сам океан – большая лужа.

Не птицы мы – вить гнёзда в высях,
Жить – не летать из точки в точку.
Зачем домами вознеслися
На этот уровень непрочный?

Земли тепло от ног далёко,
И запах трав не доберётся…
Ведь в небе людям одиноко,
Оно над нами вновь смеётся.



А мы всё строим, строим, строим…
А мы всё лезем, лезем, лезем…
Да, вообщем, дело ``молодое``,
Для человечества в прогрессе.

…


Пять этажей – и есть граница.
Граница жизни, близкой к кОрням.
Где, трели дарящая, птица
Не выглядит лишь точкой чёрной.

И с высоты – цветы и кроны
Не мельтешат калейдоскопом.
И различимы листья клёнов,
А с выше: всё ютится скопом…


…


Обычных двориков пятиэтажных
Ещё пол века – и не станет;
Картёжников и выпивох отважных;
Раскрытых к ветвям окон спален…

И сменит зелень летом - блеск:
Блеск граней из стекла и стали...
Безлиственный конструкций лес,
Не взласкан солнцем – а опален…