Успокоилась ночь

Успокоится ночь, знаю, может не скоро.
Успокоится ночь, но рассвет не придёт.
Эх, знали б вы, люди, что любая погода
Зависит от волка, что во мраке живёт.
Волк дремлет на крышах, иль стонет в подвалах, -
Настолько сладка эта старая боль.
И ночь прикрывает его свежие раны
Своей чернотой и своей пеленой.
Волк бродит по лесу, или плачет по небу,
Велит он рассвету наутро вставать.
Успокоится ночь, - только волка нету, -
Он ушёл в души к нам наши сны убивать.
Слепо утро наступит, и наш зверь так же слепо,
Забудет про ночь, будто нету её.
Он гонимый тоской, тишиною и ветром,
Сольётся с душою моею в одно...
А пока что есть полночь и горьковатая тьма,
И я слышу его нескончаемый вой.
На закате он сжёг наше солнце до тла.
Так сладка теперь жуткая старая боль.
Каждый день так случалось, надоело волку,
Он решил, что рассвет воскрешать он не будет, -
Всё равно ведь от света никакого нет толка.
Успокоится ночь, - но рассвет не наступит.
Шерсть густа и пленительны очи, -
Как идёт ему эта безмолвная ночь!
Он бежит. Он бежит что есть мочи
Из этого мира глупого прочь:
"Как я устал воскрешать это солнце,
По вечерам его снова сжигать.
Видимо, Бог надо мною смеётся:
Заставил меня людям он помогать.
Сладкий вкус боли, - это старые раны,
Это сердце заныло одиноко живое.
Только время вершить, - не в моих это планах.
Лучше смерть чем бессмертье такое!".
Волк взобрался на крышу, и упал на асфальт.
И закончилась зверя с погодой игра.
Он хотел просто больше уже не вставать.
Кровь текла по дороге. До восхода текла.
Ночь его не забыла, мрак его не забыл,
И звёзды заснули непробудным сном...
Успокоилась ночь, - и рассвет наступил.
Успокоилась ночь, - волк стал солнца лучом.