Мой голос в хоре голосов неразличим,
И жизнь - кусочек сахарный в стакане,
Но я как поглупевший, старый мим
Пытаюсь мир развеселить словами.
О, как вы страшны дни, когда «бесценный» дар
Меж пальцев чёрных осыпается в золу.
И линзой обираешь луч, моля пожар,
И проклинаешь королевскую луну.
Покоя нет.
В кибитке сигаретно - тесной.
В покорном небу море, на ветру.
В чертогах леса стыд рябиновый во рту.
И только карандаш, на ниточке с отвесом
Бессмысленно срывает вниз черту…
Засуну руки в рукава пальто,
Себя от всех несчастий обнимая.
Коко Шанель и Жан Эжен Кокто
Оденут осень на пороге рая.
Как яркий всполох ускоряет смерть костра,
А наслаждение сменяет безразличье,
Последним взмахом гения сестра
Ожог излечит горького величья…
А после - будни, скучный круг исхода,
Невинность чая, спицы и руно.
И магдалина - грешница – погода.
Дождь моросит, а Богу – всё равно…
|