36

Т.Н.

Как нас много с тобой и в тебе побывало, гимнастка,
танцовщИца моя, а вернее, совсем не моя,
мы могли бы вполне съединиться в великое братство -
при условьи, что я был последним, ведь больше нельзя

никого принимать, просто фарта не будет в колоде
распечатанных карт... или, скажем, обычный плацкарт:
36 там, поверь, личных мест и вагонных мелодий,
не стоять же ему, появись он, по тАмбурам-арт.

Да и с точки здоровья - нормальная температура.
37 - уже хуже, а уж 38, прости, -
лишь пластом на постели, не будет тебе ни амура,
ни нормальной беседы в любой социальной сети.

Как ты думаешь? прав? или это тебе не помеха.
Не помеха, конечно, уж коль ты теперь за другим,
и замужество-дружба-в-ответ говорит, что поехал
наш плацкартный вагон, где уже не остаться нагим.

Пассажиры законные, мы оплатили дорогу
и белье получили и чинно на полках лежим
и газетки читаем... и всё у нас дружно и в ногу,
а вот как твой супруг-то вольётся в наш общий режим.

Вот куда его деть? Проводник осуждает стоять-то
в тамбурАх на ходу, а тем более - ехать 7 лет,
да и пусть бы стоял и курил, раскрывая объятья,
но ему бы никто не продал на вокзале билет.

Безбилетник, увы, а в народе и попросту - "заяц",
он уже вне закона, и ссадят его, так сказать,
на ближайшей стоянке... а если возьмут на анализ
в полицейский участок - и вовсе бы не сдобровать.

Пожалей его, бэби... как мы его дружно жалеем.
И в колоду его не пристроишь, не покер у нас.
Уж и так я его укрываю рабочей шинелью,
уступив свое место, но это, конечно, на раз.

Пацаны недовольны. Не все так лояльны, как Игорь.
Кое-кто уже в тамбур за шкварник его потащил,
вот и дверь распахнулась (а поезд несется, как вихрь),
вот уже и коленом недрогнувшим в духе мужчин

помогли обрести свое место в осеннем овраге:
а уж жив ли, не жив - не поэту об этом гадать.
До ближайшего пункта ему добираться в отваге
вёрст 600 по тайге - на Восток, а на Запад, видать,

все 700... и пускай 37 - повышенье
небольшое, конечно, но если учесть променад,
то здоровье его пошатнется, начнется круженье
головы, а еда и постель - относительны, брат.

Правда, есть еще трасса. Дай Бог, чтоб его подобрали,
на "Камазе" каком довезли до любых огоньков,
ну а там уже проще: там можно отстукать для Тани
телеграмму, и ты бы приехала без дураков.

Как-то так... трудновато, но всё же возможно, терпимо.
А вот 38-й - это, Таня, уже инвалид.
Ну а 39-й - и вовсе великая схима,
что, возможно, однажды тебя и настигнет, смирит.