Белый воротничок

Что это у тебя одни частицы да междометия. Конечно, моему попутчику трудно давались слова, дюже был не общителен, иной раз добавит: «Переведи!» Приходилось пояснять, что к чему и зачем применено то или другое слово.
- Я немею от безумной красоты леса. Бог мой, теряю рассудок - слов нет. Одни мысли и впечатления. Разве мало сказано одними междометиями…
-Ты такая же прелесть, как эта красотища вокруг. Сама ты, как ёлка пушистая, и притягиваешь к себе до безумия, подошёл и поцеловал меня, что я не знала как ему на это ответить и что сказать? Оба обмякли. Забыли где мы и что мы…
-Да! Ладно! Будет лирики, – и я его резко оттолкнула от себя, чтобы дело не пошло дальше, чем наше путешествие и случайная встреча, из которой каждому нужна была своя выгода. Мне доехать до старого, умирающего отца, ему - бесплатно до Питера, кажется, к каким-то родственникам. Так что не случайно, всё вроде бы было продумано.
- Короче, сюда складываем шмотки, и разжигаем костёр, - добавила я, отплёвываясь от гнуса.
Тут поблизости сооружаем конуру для собаки по кличке Непродажная Шкура.
- На этой площадке бесплатная стоянка для нашей «тачки»,- промямлил мой знакомый по вынужденному путешествию.
Поскольку нам правдами и неправдами надо было сохранить Непродажную Шкуру здоровой и невредимой, так как она нам была пистолетом, саблей, ножом, топором, одним словом, оружием.
Её клыки не одну из дворовых - Швабру с Веником -, которые собираются целыми сворами у мусорных контейнеров возле подъездов и которые устраивают целые баталии, смертные бои за овладение тем или иным съестным, порвали. А что говорить о диких зверях? Каждая свора охраняла свои баки. Не знаю, может быть, эта свора и нет-нет да человеческим промышляла из этих самых мусорных ящиков. Нет-нет да передадут по телеканалу нашего города:«Там нашли руку в контейнере, подальше – голову человеческую, искромсанное тело. Собачьи «дворяне» грызлись на смерть за эти мусорные цинковые «гробы-ящики» - это точно. Что они там находили? Всё находили, что мешало человеку.
Но стоило показаться Непродажной Шкуре во дворе: всех дворовых собак сдувало, как ветром. И метались они из стороны в сторону, как сопля в полёте. И не только исчезали дворняги, но и двуногие человеческие обличья. Это в основном были люди, лишившиеся по разным причинам своего жилья, спившийся люд, сборщики мусора, работники по сбору бутылок, народ, освободившийся из мест заключения, которых никто и нигде не ждал и которым некуда было идти, гастарбайтары, и другие, и другие. Здесь у мусорных ящиков можно было встретить даже вполне приличных людей, как, например, художников, которые создавали своими даровитыми руками всякие диковинные вещи и потом выставляли их на обозрение человечеству. Я знала одну ткачиху настенных полотен. Она была известным художником, которая создавала на радость людям ковры, паласы, панно. Кого только здесь не увидишь – всех, как ветром, сдувало при появлении Непродажной Шкуры.
Как это она умела делать, одной ей известно. При всём при этом ни одной твари её клыки не порвали. Все люди во дворе её называли не иначе, как гризли, а если быть совсем точной, «грызли». Мощная была сука – настоящий медведь.

Продолжение...