Сватовство часть 2

Но не пора ли Вам узнать,
Что все-таки стряслось,
Давно хотел я рассказать,
Но как-то не пришлось.

Наш Николай не баламут,
Работает шофером.
Трудом своим одет, обут,
В его руках все споро.

С Шуреной с измальства знаком
Пятью годами старше,
Но мужиком уж стал - потом
Увидел нету краше.

Он после армии решил
Мир посмотреть поездить
И весь Союз исколесил
Не сразу кончил грезить.

Лет семь крутила жизнь его
И как-то раз в побывку
На танцы парня занесло,
Ну не любил он скрипку.

Он больше ритм джаз любил
Да кто из нас не грешен
Я помню тоже столько сил ...
Куда понес нас леший.

Так вот пришел с своим дружком,
Володей из заречья,
Да и стоят себе тишком
Встречая глаз картечи.

И вдруг - удар, пробила дрожь
Дышать труднее стало,
Под этим взглядом хош не хош
Но все затрепетало.

Что вспомнил он, о чем взгрустнул,
Чем вдруг так заразился?
Она узнала, он кивнул
И мир преобразился.

Забыли всех – подруг, друзей,
Милей им было вместе.
Он думал не впервой о ней,
Как о своей невесте.

Позвал Володьку - будешь сват,
Пошли к моей Шурёне,
А тот в таких делах не хват,
А кол в глухом затоне.

Пришел не знает что сказать
Весь покраснел, надулся,
Тут Светка вдруг давай шептать,
А он с отцом схлестнулся.

Ты что й то долго обходил,
В други места заглядывал.
Ну тут и Вовка черт спросил,
Мол, что с утра закладывал.

Чего закладывал, чего.
За воротник папаша.
Дядь Федь их сразу и попер,
Знать Маша да не ваша.

А должен я вам рассказать,
Любитель был не слабый
Порой папаша выпивать,
Мужик-то в общем справный.

Да вот, как кончилась война
Лет через пять пожалуй
Какого надо бы рожна,
Но горе постучало.

Его врачи взялись лечить,
Мол раны объяснили,
Не долго видно будет жить.
А он паашли ... и начал пить.
Как началось забыли.

Но вот уж лет так двадцать пьет,
Как вечер так буянит.
Бывало, что кого побьет,
Напьется хулиганит.

Таки дела..., про то всем знать
Конечно ни к чему,
Но больше всех страдала мать,
Кляня судьбу – войну.

Эх горе, кто его зовет?
Кто знает как отвадить?
Но больше все же женщин бьет
-- Мужик не смог с чем сладить.

Продолжим всё ж:
К отцу ты лучше не ходи,
Тут надо самому Ванюш
Узлы мне расплести.

Ну что же брат дерзай, дерись
Коль я тут не подмога.
Ты только вот - не ерошись,
Не будь ты недотрогой.

Умей простить, сдержись коль надо,
Ну все, не мне тебя учить.
Дай бог, чтобы твоя отрада
Смогла тебя закабалить.

Признаюсь вам, что Шура не остыла,
Любовь её все ж так крепка.
И Светка не судья – любила,
Любила Шура чудака.

И зла была, за то, что сам он
Не смог как надо все решить
И полились все слезы к маме,
Мам помоги, скажи как быть.

Ах ласточка птенечек мой,
Не плач касаточка, не надо.
Вернется непутевый твой,
Уж очень я Шуренок рада.

Он Коля парень не плохой,
Его отца я знала
Такой мужик был удалой
Я так о нем мечтала.

Но он на много старше был
И вышел за Варвару,
Лет восемь с ней всего прожил
Ему сыночков пару

Та родила, а тут война,
Ой сколько было горя.
Сто мужиков ушло с села,
Вернулось меньше вдвое.

И кто поранен, кто калека,
Но все ж таки вернулись,
А вот такого человека...
Чтойт мы с тобой взгрустнули.

Давай пойди принарядись,
Не ровен час вернется
И слезоньки свои сотри,
Все лада обойдется.

Мам, что с отцом - заснул бы что ль?
Я его ирода спроважу,
Ну как напьется так изволь,
Я ему зенки напомажу.

Ох, Федь ну есть у тебя срам
Ну что ты ерепенишься,
Ну что, ну пусть Володька хам,
Но ты чё выкобенишься?

Коль Николай сейчас придет,
А ты ему, что скажешь
Прости меня честной народ,
Навек тут прямо ляжешь.

Татьяна я то тут причем?
Они же мне язвили.
Так ты для дочки палачом?
Ой, боженьки убили!

Да брось кричать, ну что я вправду ирод.
Вот хочешь, сам за ним пойду.
Да чтоб гореть мне до скончанья мира,
Да чтоб я чертом вылетел в трубу.

Куда пойдешь, с тобою ж говорить противно.
Смотри, не брился целый год,
Лицо пропил, лица невидно,
На что похож - ну прямо бегемот.

В губах запекшаяся пена,
Глаза слезят, в волосьях репьяки,
Ох Федь не доводи до гнева,
Иди проспись не до дороженьки.

Да ну тя балаболка,
Нашла чем упрекать,
Ну что я тебе полка,
Чтоб пыль с меня стирать.

Пойду телка, что ль, напою
Тут с вами насудачишься,
Я жизнь свою, как есть люблю,
Чего с тобой артачиться.

Он взял ведро пошел к телку,
Бурча под нос чего-то.
Коль тяжко стало мужику,
спасенье что - работа.

Потом за хворостом пошел,
Чтобы корзинки плесть,
Забот на целый день нашел
И хмель прошла и спесь.

А Николай ходил, ходил...
Все ж смелости набрался,
А будь что будет - все, решил.
Пришел и постучался.

Упреков не было его,
Едва ль слегка, любя журили,
С тех пор случилось столь всего...
И мы ту жизнь прожили.