Еще раз.

Алмазной пылью обметает губы.
Затеплит сон нестройную строку.
И пусть пророчества покорны ремеслу
Полубожественной, замученной печали,
Упьются хохотом над слабостью мистраля.
Но страсти, как мечи в татарской Потудани,
В тугое горло золотистым маслом проскользнут.

Мне непокорность слов и мыслей все милее.
Так ветер с силою промозглит сонмы туч.
Они же все волнистей и светлее.
Нет удержу - не выпить капли горней.
Вселенский свод – молочностью Психеи
Предъявленную гордость оплавляет в луч.
Для тех, кто знал, и тем, несмелым,
Чей неосознанный, янтарен путь.
Перемелю в труху
Желанья и волненья.
Про рифмы при тебе начну … писать
Опять.
Ничтожно так, так свято, глупо, мило,
Что стало так, да будет так.
Виновна я, как лунная улыбка, бесформенной
Водой слепляю стать.
Простывшие в безручье века реки,
Нефритовые струны в водопаде не поймать.

Но ты не бойся,
Рыцарь из светлейших.
Лишь жабры скользкие перевалили край.
Всего лишь утро, каждый день, не спать, и верить.
Всего лишь каждый раз, игла моя, дышать…