2 мая 2013.
Меж Райским садом и горячим Адом
простёрто жизни серое жнивьё…
Дар стихотворный для меня – награда?
А может быть, проклятие моё?
Сонет – любимой, гению – балладу
я сочиняю страстно-горячо
и ощущаю этот дар наградой,
но точится сомненья червячок.
Вдруг он – проклятье? И я им наказан.
За что? Какая разница – за что?
И вот летят рифмованные фразы…
Задержит ли их вечность-решето?
Нет! Этот дар проклятьем быть не может;
иначе Пушкин, Блок и Гумилёв,
и остальные – проклятые тоже –
наказаны твореньем чудных слов.
И прервана их жизнь петлёй и пулей,
ещё елей и алкоголя яд
жизнь оборвали. Только не согнули.
Стоит на полке книжек чинный ряд.
Я так хотел бы сбоку притулиться,
хоть маленькою книжкой в этот ряд,
ну, а пока душа поёт, как птица,
считая дар тот высшей из наград.
|