Трамвай

Проплывает день мертвой Офелией,
Хвост искрится - попробуй, поймай.
Возникая из дряхлой материи,
Подъезжает тихонько трамвай:

Грязный поручень, многими мацатый,
Не отмыть ни слезой, ни водой.
-Мань, какой там идет? -Восемнадцатый.
-Ну а мне надо двадцать шестой.

-Зинка с хахалем. Эка паскудница!
-У кого б до среды одолжить?
Эта боль - перманентная спутница,
Не рифмуется более с "жить".

-На базаре котлеты по акции.
-А в магазе - хлеб и молоко!
Вечер поздний - казенная лакрица,
До рассвета совсем далеко.

-Ты куда?! Уж совсем, окаянная?!
-Боже мой, хоть бы кто-то схватил...
Скрежет, смерть - безобразная, странная:
Даже масла никто не разлил.

-Ох, я знал, что Петрович доездится!
-Черт, кровищей залило мехи!
Кто-то мимо пройдет, перекрестится,
Но замолит свои ли грехи?

Рельсы стали последней опорою,
Жаль, что людям смоглось помешать.
-Коль, ты вызвал ментовку и скорую?
-Тише, Манька! Достала визжать!

-В труповозку звоните. Нах медиков?
-Самый умный? Поди-ка сюда!
Слышен шорох бумажных пакетиков
Даже здесь, в суетном "никогда".

На снегу руки белые, стылые,
Зашагнулось, заелось за край.
-Хорошо, что приехали, милые!
-Разойтись! Ну, Васек! Накрывай...