Ты был чернокнижником Подборка стихов 107

ТЫ БЫЛ ЧЕРНОКНИЖНИКОМ

ПОДБОРКА СТИХОВ 107



. . .

Ты был чернокнижником
в этом глухом ноябре
и мог предугадывать
только несчастья
а в марте ты стал
глашатаем любви
трубил о ней славно
в трубу золотую
в апреле пора уже
синие шторы завесить
на окнах
заняться любовью своей
наконец
чтобы это никто не увидел
хотя все хотят
чтоб любовь с ними
тоже случилась когда-то
и ходят под окнами
нервно твоими
вздыхают и ждут
неизвестно чего
до утра.












. . .

У моря есть дно
у земли есть свое окончанье
а небо
придумано только затем
чтоб конца не иметь
оно бесконечно
как все
о чем мы и не знаем
как время
которого может и нет
и как эти шаги
по окраине жизни
где звезды растут
словно в поле цветы
и их можно сорвать
и с собой унести
в зазеркалье
похожее с виду
на шутку
без всяких причин.








. . .

Легче жить
никого не касаясь
словно в небе парить
с облаками
которые тают на солнце
так как призраки
тают в ночи
остается лишь
синее синее небо
вокруг
где-то в нем
затерявшийся рай
там задумчивый бог
ждет заблудшие души
сонмы ангелов рядом опять
реют стаей
взволнованных птиц
и в туманной дали
как костры
догорают
совсем одинокие звезды.










. . .

В наполненном теплой водой
тазу синего неба
как мыльная пена
лежат по краям облака
и в них солнце
наверно стирает белье
пока мы тут лежим
на зеленом полу
деревянного дома земли
и играем в пути и дороги
прощанья и встречи
или просто купаемся в море
которое очень похоже на небо
только в нем
корабли проплывают вдали.












. . .


Снег на улице
клочьями ваты остался
повсюду
и небо
как застиранная простыня
над твоей головой
только не видно веревки
на которой оно висит
но скоро
станет темно
и выпрыгивать будет
на сцену
как клоун
луна среди туч
и нам станет смешнее
на свете
среди желтых больших фонарей
загоревшихся окон
и темных подъездов
где таятся все те
кто нас запросто
может убить.















. . .

Рассердился бы я
на такую вот
темную ночь
был бы так недоволен
луной одинокой
и звездами рядом немыми
и деревьями сада
которые стали тенями
и домами
где окна погасли давно
но ведь мне
все равно что вокруг
хоть пустыня
совсем неживая
или лес без конца
или поле
в котором неб края
и поэтому некуда в нем
и идти
мне все это неважно
я же сам по себе
где бы ни был
и мне так хорошо одному.












. . .

Ты сам себе создал
простую жизнь
вот дунешь
просто так в окно
любовь появится
горячая земная
а отвернешься
от своей души
выходят черти снова
из подвала
и начинают танцы
на всю ночь
а счастья захотел -
достанешь солнце
так просто из кармана
как часы
повесишь в небе
чтобы освещало
с восторгом
ежедневные дела
и если пожелаешь
всех забыть
то превратишься мигом
в невидимку
который незаметен
тем кто бродит
рядом с тобой
бессонно по земле.









. . .

Все равно мне
что там за река
да и что тут за лес
или поле
и какие вокруг
на поляне цветы
что за девушки
рядом танцуют
или смеются они
или плачут давно
без причины
или песни красивые
снова поют
мне все это неважно
как в море
всегда все равно
моряку
что за волны вокруг
и зачем они
скачут и скачут.












. . .

Жизнь твоя
превращается в сказку
она вся
состоит из чудес
чудо в том
что вокруг
светит солнце
зеленеет трава
на земле
шумят листья
запели веселые птицы
облака проплывают
по небу гурьбой
и ты сам
молодой и счастливый
словно только родился
вчера
и теперь можешь
девушек юных любить
до утра целоваться ночами
и забыть
все что хочешь забыть
будто вовсе его
не бывало
и не будет уже никогда.







. . .

В документах о вашей душе
не хватает печати
поэтому мы
отправляем ее на досмотр
мест в раю очень мало
все льготные -
для инвалидов
остальные проходят по списку
а вас в нем и нет
вы наверное где-то в другом
черном списке
он всегда направляется в ад
так и есть
вот и вы:
«прямо в ад
поручается главному черту»
и подпись
Архангел
только вот непонятно какой.







. . .

Не бывают
тяжелыми желтые листья
но им все же
придется когда-то упасть
не бывают
такими уж легкими камни
но их кто-то
поднимет и бросит
а другой
будет их собирать
это - жизнь
та в которой
чудес не бывает
и никто не поверит
что небо спустилось на землю
если вдруг
почему-то придется
на этой земле умирать.










. . .

Пропасть синего неба
начинается сразу
почти за домами
не оставив земле ничего
кроме мелкой
разбросанной крошками жизни
где шумящая стая деревьев
собирается в лес
и дорогой проходит река
и плывет по реке пароход
как красивая рыба
они так малы
под разинутой пастью
бездонного неба
что оно их проглотит
и даже не скажет
как вкусна была эта
земная ничтожная жизнь.









. . .

Вы заходите в душу живую
как будто в чулан
и в ней память
сложила мечты
как консервы
на полках
и гирлянды сушеных желаний
висят по углам
и качается лампочка счастья
под вечно продавленной крышей
и ведь вам хорошо
знать что это же ваша душа
ее можно закрыть на замок
и уйти среди белого дня
или темной безрадостной ночью
и она будет ждать вас
как старый
заброшенный дом
у проезжей дороги
ведущей в холодную вечность.








. . .

Ну кто вас запомнит
вы же строки безликие улиц
не сказано вами увы ничего
только ветер
все бродит по крышам
стоящих на ваших плечах
одиноких домов
и гудит в проводах
вы многих хотели
вести неизвестно куда
но теперь
потерялись в снегу
и ваши тяжелые руки
не могут уже от земли оторваться
прощайте
я сам по безлюдному полю
заброшенной жизни
пройду
и на самом краю
улыбнувшись
повешу на гвоздь
свою старую черную шлюпу.








. . .

Вода течет в море
в широкой реке
над ней облака
как огромные
белые птицы
летят вереницей
и смотришь на воду
и кажется
так наша жизнь
течет
в то далекое море
где прошлое
просто лежит
неподвижно на дне
а над ним
как кочевники вечные
бродят
холодные синие волны.










. . .

Ты как воздушный змей
теперь все выше
улетаешь в небо
и мне тебя
уже не удержать
на нитке тоненькой
она порвется
как струна
с печальным звоном
и ты исчезнешь вскоре
в облаках
и я останусь жить
как жил и раньше
смотреть на звезды
по ночам
любить луну
такую нежную
такую молодую
дарить ей сны свои
а утром уходить
в бескрайние поля
до самого заката.










. . .

Я теперь пью живую воду
и лесу дремучем
из ручья
касаюсь облаков
руками
как белой шерсти
сказочных овец
и девушек люблю
волшебно милых
как первые
весенние цветы
на той поляне чудной
где всегда любовь
и пенье птиц
и нежный шелест листьев
деревьев
что стоят вокруг
как часовые
и стерегут
томительные вздохи
и ласки
этой сладостной любви.









. . .

Рассыпано солнце
как желтый песок
во дворе
и лужи давно перестали
глядеть в твои окна
обиженным взглядом
и ветер стучит в твою дверь
как немой почтальон
он письма приносит
от славного шума морского
и кто-то хороший и добрый
тебе положил
одинокий цветок
на белый пустой подоконник
чтоб снова вернуться.