Каких - то двести - триста лет (из цикла Неклассика)

Из совместного сборника "Неклассика"

Каких-то двести лет (Н. Беляева)

Копыта цокали негромко,
В тумане щурился фонарь,
Тащилась медленная конка,
А кучер был настолько стар,

Что шея не держала ношу,
Клонился долу малахай,
И обленившаяся лошадь
Едва тащилася, считай…

В замёрзшем намертво вагоне,
Не чуя коченевших щёк,
Сидела дама в капюшоне
И было прочим невдомёк,

О чём её поникли плечи,
По ком подёрнулись глаза
Печалью, и чему навстречу
Вела унылая стезя…

Не вынося душевной смуты,
Она вздыхала без конца,
Да теребили пальцы муфту
Иссиня-белого песца.

Не стало звуков и прохожих
На тёмных улицах уже,
И пеленала след пороша
Задумавшейся госпоже.

Пошла пристяжная вприпрыжку…
Ночь. Становилось холодней,

И конопушчатый мальчишка,
Форейтор, гладил лошадей.

Скулила грусть голодным волком
И стыла женская душа,
Тоска плелась за ней вдогонку,
А жизнь катилась не спеша…

***

И вот уже другая дама,
(Прошло каких-то двести лет),
И снова ночь, и снова драма,
И так же снег ложится в след…

Роняет слёзы на манжеты
(Уже не конка, а авто),
И пепел пятой сигареты
На невиновное пальто.

Раздрай желаний и смятений…
Колёса мчатся всё скорей
И давят дьявольские тени
Бегущих рядом фонарей.

О, мир, престранный и увечный,
Что за подлейшая напасть?
Любовь всегда не бесконечна,
Но та же боль. И та же страсть.






Каких-то триста лет (А. Иванов)

Кирпичная дрожала кладка,
Полы обрушились в подвал.
То не карета, не лошадка.
То ты приехала на бал.

В карете был поддатый кучер,
Тебя в дороге напоил,
Мол, для сугреву… И не скучно…
Что будет с литра, нам двоим?

Ах, кучер, хитрая собака…
Ведь он привычный… Он алкаш…
А ты приехала, и в драку…
Поймала, значит свой кураж…

Ты не снимая капюшона,
Плясала до потери сил,
Ущерб – не меньше миллиона,
Фингалы я уже простил…

А бедный мальчик, конопатый,
Ведь он совсем не виноват?
Ты ж по спине его лопатой!
Мне даже больно вспоминать…

Ты поутру сидела грустно,
Поникли плечи, взор потух…
После погрома стало пусто.
Как снег кружился белый пух.

Ты извинилась – Я, случайно!
С получки все потом отдам.

И поплелась домой печально,
Тоска тащилась по пятам.

Лет сто пройдет, а может триста
И бал другой... И дама тоже...
Но купит водки у таксиста...
Все повторяется... О боже...

В безумном танце - ураганом
Промчится, выпив полбутылки
Пинком одарит мальчугана
Швейцара треснет по затылку.

Потом разбитая посуда
Хозяин, вон, с подбитым глазом.
След вакханалии повсюду.
И назван мальчик - конопатым.

А на заре роняя слезы
Сбивая пепел в чашку с чаем
Она лепечет все в неврозе.
Я не хотела! Я случайно!

О мир безумствующей страсти
Давно расписаны все роли
А беды наши, как и счастья
От дикой тяги к алкоголю...