Над столицей царит вораньё,
Толпы диких, орущих людей,
Слухи перерождались враньём,
Из невинного вырос злодей.
Так кричали на площади той,
Где не раз сохла кровь на пне,
Где была на мгновенье боль
В ярко алом её вине.
Ты виновен? Иль ты не причём?
Задавали всегда напоследок...
Но исход заключался в том,
Что без разницы был ответ тот.
Люди были черствы', кровожадны,
Все просили кровавые реки,
Все хотели смертельную сагу,
Где казнят одного человека...
Повелось уже так, из ста'ра,
Разбираться ни кто не будет,
Ведь решало тогда - стадо!..
Человека ж - толпой судят!
Ветер взрезал стальной клинок,
Руки стиснули с треском "руч",
Всё минута в минуту, в срок...
Над столицей кровавых туч!
Окропил мелкий дождь вино...
И погнал ручеёк к воде,
Там уж точно не судит дно,
Потому что там нет людей.
Распогодилось... Время три.
Ручейков прекратился бег,
Только алчность живёт внутри,
И родитель её - человек!
|