Чудотворец?

Голос Джона Леннона оборвался на полуслове, и магнитофон – это «чудо» второй половины ХХ века, с огромными бобинами – захлестал лентой, как флагелянт – бичом.
Надо было вставать с дивана, переворачивать катушку, заправлять пленку, щелкать клавишей, но было лень. Сегодня не надо было никуда идти, и все ему было делать лень. Бывают такие дни. Редко, но бывают.
Лень растекалась по жилам, как глоток хорошего коньяка: согревая и расслабляя.
Прекрасный день;
Блаженнейшая лень
Накрыла с головой
Алупкинской волной…
Лень переполняла собой каждую клеточку тела, он был уже пропитан ею, как губка – водой.
- Да остановись ты!.. – это магнитофону.
И тот… остановился.
- Глюк?.. – метнулась мысль. – Что вчера пил?..
Но все попытки вспомнить были обречены на провал; ибо вчера, а так же позавчера, да и третьего дня тоже, ничего выпито не было.
- Кассета… - неуверенно, - лети!
Взлетели обе.
- Идиот! Не уточнил… Ладно… Поменяйтесь местами. Сядьте на места. Вот и ладушки.
Он представил, как пленка проходит через лентопротяжку, закрепляется на пустой кассете.
- Включись!!!
Теперь пел Маккартни.
- А если…
Загорелась лампочка под потолком. Погасла. Хлопнул дверцей холодильник, выпуская из белого чрева запотевшую моментально бутылочку «Волжанина».
И так весь день. Но вот темнота спустилась на город. Из тумбочки вылетели постельные принадлежности. Постелились. Лег. Погасла лампочка. Сон смежил ему веки. Ох, не надо было этого делать.
Сначала исчез дом. Потом улица. Район. Город.
Исчезла Земля. Венера. Марс. Солнце исчезло.
Исчезла Галактика.
Вселенная.
И только в центре образовавшегося Хаоса висел диван с укрыв-шейся с головой одеялом фигуркой человека на нем.
Каково будет пробуждение?..