«мемуары» 2

Начал он довольно ловко:
Грохнула шестидюймовка, (5)
Чтоб весь мир узнал об этом;
Революции – полста!!!
А меж тем под гром оваций
Засудили тунеядца, (6)
И Аржака вместе с Терцем (7)
Тоже в лагерь, как с куста.

Словно Сампо счастье мелет
Чудо-юдо ящик телик,
Что живем в стране счастливой
Скажут двадцать раз на дню.
А в концертах: Райкин, Пьеха,
Тарапунька – вот потеха –
Разумеется, и Штепсель,
И квартет «Четыре «Ю».

А мне галстук повязали,
Пропагандой накачали
Так, что только я услышу:
- Будь готов! – Всегда готов!
И заслышу лишь бывало
Звуки «Интернационала»,
Так тотчас на шею галстук
И салют без лишних слов.

– Мы – умы, не лыком шиты;
Подотрём мы нос Никите! –
Так Генсек в азарте думал
И бровями шевелил.
Вмиг Вучетича позвал он:
- Ну-ка, дай мемориал нам,
Чтобы мир весь содрогнулся,
Чтоб увидел и застыл!

На Мамаевом кургане
Налепил тот изваяний,
Прилетели на открытье
Все «отцы» СССР.
Пистолет в руках Надюшки –
Это все-таки игрушка,
И его назад со вздохом
Отдал милиционер.(8)

Кто кем в детстве стать не хочет;
Врач – сегодня, завтра – лётчик…
Археологом мечтал я
Стать примерно лет с пяти.
И под это дело камни
В дом таскал на горе маме,
И в подобие музея
Всю квартиру превратил.

Тут какой-то Солженицын
(Вот бедняге не сидится)
Расписался в самиздате
Про какой-то там ГУЛАГ.(9)
И какой-то Виктор Красин
Распускал с Якиром басни,
Что, мол, наш народ советский(!)
Чешскому ну просто враг.

Сбросили Отца Народов,
Пьедестал стоит свободен.
Девять лет глаза мозолил
Этот самый пьедестал.
Но, готовясь к юбилею
Чудака из Мавзолея,
Вновь Вучетич расстарался,
И бетонный Ленин стал